Русский Бастион» Статьи » «Цифровая экономика»: некоторые аспекты pro et contra («искусственный интеллект», блокчейн и криптовалюты, производительность труда)
Навигация

Перейти на главнуюПерейти на форум

«Цифровая экономика»: некоторые аспекты pro et contra («искусственный интеллект», блокчейн и криптовалюты, производительность труда)

В статье освещены лишь некоторые аспекты pro et contra «цифровой экономики» как экономики нового технологического уклада, последней стадии капитализма — хрематистики: «искусственный интеллект»; расчеловечивание человека, неоантроп, киборг, создание системы М2М, виртуальная «цивилизация»; формирование национальной цифровой валюты; мифы и правда о производительности труда в «аналоговой» и «цифровой» экономиках.

В 2017 г. после президентских и правительственных документов в российской экономической литературе и на площадках научных конференций в РФ тема «цифровой экономики» («ЦЭ») имеет головокружительный успех, является самой популярной. Однако при всей своей головокружительности и популярности феномен «цифровой экономики» должен быть исследован целостно с одновременным участием ученых как естественных, так и гуманитарных наук, научно обоснованным как, например, освоение космоса в советское время, философски и метафизически подкреплен. Сегодня практика цифровизации опережает теорию, ее научное осмысление, новое системное целостное методолого-теоретическое исследование, программирование и прогнозирование. Для жизнедеятельности человека и человечества «ЦЭ» — это симулякр («пустышка»), не дающий в принципе качественного развития человеку, обществу, хозяйству как живому организму. «ЦЭ» — это путь к виртуальной «цивилизации», дающий лишь количественные изменения современной экономики — хрематистики. Однако цифровизация нужна для управления хозяйством.

 

Цифровая революция, «цифровая экономика» («Digital economy (DЕ)»): Клаус Шваб, Дон Тапскотт, Николас Неграпонте

Цифровая революция — по К. Швабу — прообраз третьей промышленной революции, произошедшей в 60-е гг. ХХ в. [1, 16]. Феномен же «цифровой экономики» — это явление уже XXI в., его можно отнести к 2010-м гг. Он образно представлен человеком со смартфоном – по сути суперкомпьютером, пользующимся широкополосным интернетом. «Цифровая экономика» — «Digital economy (DЕ)» — это весьма условное понятие, появившееся в конце ХХ в.: в 1994 г. его ввел один из ведущих «кибер-гуру мира» канадский ученый Дон Тапскотт, а в 1995 г. – Николас Неграпонте из Массачусетского технологического университета.

На самом деле есть два пути развития экономики — хозяйства: во-первых, экономика (по-древнегречески ойкономикос, IV в. до н.э.; а не по – латыни economia, XVIII в. н.э.) как домострой (по-русски, это калька древнегреческого понятия ойкономикос), а также как ее антиподы: антиэкономика, неэкономика, лжеэкономика; во-вторых, хрематистика с ее ростовщичеством [2, 85]. Эти два пути имеют свои соответствующие программы — модели с целевой установкой, набором отношений, институтов, припципов, механизмов, инструментов. Они, экономика и хрематистика, различаются качественно. Условно называемая «цифровая экономика» фактически ничего качественно нового не привносит, в ней обнаруживаются только лишь количественные изменения, поэтому ее применение возможно в регулировании экономики. «Цифровая экономика» как экономика нового технологического поколения появилась в рамках хрематистики, что значит дальнейшую погоню за хремой — наживой посредством мимикрирующегося ростовщичества типа «цифрового неравенства» и «цифровых дивидендов» [3, 14].

«Цифровая экономика» — это вызов естественной цивилизации, она посягает на природу человека, на его интеллект, предлагая некий «искусственный интеллект», которого нет у искусственных механизмов (это нонсенс), она стремится превратить человека в неоантропа, киборга (кибернетический организм), биоробота, о чем гласил фильм на московской выставке в Манеже «Россия, устремленная в будущее» (4-22 ноября 2017 г.) и не только он. Фактически она позиционируется автором статьи как последняя стадия развития онко-капитализма – метастазирующей хрематистики [4, 169].

 

«Искусственный интеллект» («ИИ»), искусственная «цивилизация»,

хакатон, роботы и безработица, неоантроп, киборг

В настоящее время вопросы «искусственного интеллекта» позиционируются одной из наиболее динамично развивающихся отраслей междисциплинарного научного знания. Их когнитивной базой служат новейшие эксперименты в исследовании мозговых структур, например, нейронных сетей как зеркальных нейронов, которые отвечают за обучение и коммуникацию, и более сложных многомерных сетевых структур организации мозга, коннектомов и когнитомов как гиперсетевых моделей мозга. Коннектом означает полное описание связей в нервной системе того или иного организма, когнитом – совокупность познавательных способностей мозга.

В рамках вышеназванных исследований в России холдинг GS Group и Университет ИТМО г. Санкт-Петербурга при поддержке отраслевого союза «Нейронет» объявили старт первого Всероссийского хакатона (последний означает способ быстрой разработки новых программных технологий и/или программного обеспечения, а также сфер инвестирования). Этот хакатон называется Neuromedia-2017 и нацелен на разработку продуктов на стыке информационных технологий, медиа и нейронных сетей. Участникам хакатона Neuromedia-2017 необходимо произвести инновационные продукты и сервисы, которые связывают компьютерные технологии, когнитивные навыки человека, его мозг.

В США на данном этапе развития «цифровой экономики» в контексте «искусственного интеллекта» американская новая, закрытая компания «Vicarius» производит цифровую модель «неокортекса» — новой коры «искусственного» головного мозга -, который по их прогнозам способен, во — первых, к сенсорному восприятию, во — вторых, к осознанному мышлению, в — третьих, к речи. Как предполагают создатели цифровой модели «неокортекса» при достижении этих целей рынок труда сможет существенно измениться, так как безработными могут стать сотни миллионов и даже миллиарды человек. Возможен ли такой уровень развития «искусственного интеллекта», при котором человек поменяется ролью с роботом или исчезнет с рынка труда? – Согласно концепции американской компании «Vicarius» ответ утвердительный. Если «искусственный интеллект» будет находиться в постоянном развитии, то сам человек как homo sapiens, будто без вмешательства биотехнологий, не сможет достичь уровня «ИИ». Согласно их прогнозам, к 2035 г. люди с высшим образованием могут потерять более 300 млн рабочих мест, а к 2070 г — эта цифра составит уже почти 1 млрд. человек [6]. Кстати, согласно концепции авторов фильма, представленного на московской выставке в Манеже 2017 г. «Россия, устремленная в будущее», «ИИ» к концу XXI в. превзойдет естественный интеллект человека. Главной компетенцией должно стать «научить сетку учиться».

Однако на самом деле ломоносовская наука как познание истины с ее метафизикой, ведущая к Богу, всегда служила, служит и будет служить людям, она умела и умеет отделять зерна от плевел, отличать истину от лжи. Истиной является то, что интеллекта у роботов, у станков с чпу (числовым программным управлением), у машин и других бездушных механизмов быть не может. Достаточно познакомиться с роботом «Софья», которая присутствовала в Сколково на Московском международном форуме «Открытые инновации» 16-18 октября 2017 г., и др. подобными «интеллектуальными роботами». Бог вложил способность умственной и разумной интеллектуальной деятельности только в человека. По Апостолу Павлу — человек трихотомичен, трёхсоставен, т.е. имеет дух, душу и тело [1 Фес. 5; 23]. И согласно «Добротолюбию» — ум это орган духа, а разум — орган души.

Тем временем ложная антинаучная парадигма «ИИ» прочно внедряется в сознание людей на высоких скоростях и в больших дозах. «Поколение пепси» стало «поколением смартфонов». Оно уже сегодня отождествляет себя с системой «я и гаджет», «я и смартфон». Человек со смартфоном последней марки, супербренда – это одно из проявлений «цифровой экономики». В результате происходит вхождение человека посредством гаджета в виртуальную реальность, которая на самом деле является иллюзорностью, пленяющей его посредством удовлетворения какой-либо греховной страсти. В итоге образуется крепкая психо-физическая зависимость от гаджета. В этом смысле гаджет зачастую выполняет функцию наркотика, погружающего пользователя в иную, якобы лучшую реальность.

Секулярное программирование человека на киберзависимость от виртуальных псевдоценностей входит в явное противоречие с традиционным для России христианским морально-религиозным мировоззрением.

Идеологи «цифровой экономики» в «подражание» Творцу, сотворившему человека разумного, пытаются сотворить своего «расчеловеченного» биоробота, «человекоподобного» киборга, неоантропа — для того, чтобы гордецки превознести рукотворный «искусственный интеллект» над богозданными интеллектуальными способностями homo sapiens.

В процессе развития «цифровой экономики» изменяются производственные (экономические) отношения и производительные силы. Изменение природы экономических отношений связано со сменой их субъектно-объектной ориентированности. С помощью алгоритмов появляются отношения типа машина — машина (М2М), где человек может уже не выступать субъектом. При этом возникает риск эксплуатации киберсистемой и/или цифровой платформой самого человека [5, 200].

 

Блокчейн как новая технология, криптовалюты как частные деньги, токены, система национальных цифровых валют, единая мировая цифровая валюта в борьбе против государства, за создание т.н. «цифрового концлагеря»

Технологии «блокчейн» широко используются прежде всего в финансовом секторе экономики. Появилось понятие токен как запись в реестре блоков информации. На основе блокчейна криптархами созданы криптовалюты как некие денежные суррогаты, виртуальная валюта, искусственная социальная условность. Первыми криптовалютами стали анонимно-частные цифровые деньги типа биткоина, эфериума и др.(ныне их около 2000), а не официальные системы цифровых денег Центральных национальных банков мира.

Причинами появления этого феномена являются следующие три основные фактора:

во-первых, частные криптовалюты выступают в качестве способа приучения людей к цифровым, виртуальным, частным валютам – денежным суррогатам, разумеется, вместо валют национальных, являющихся в сущности основным признаком государственного суверенитета;

во-вторых, возможность для любого человека майнить биткоины – «делать деньги» на микроуровне, открывает эпоху «золотой лихорадки», превращающей человека в «божество», с сильной деформацией психики людей, с разжиганием в них неуёмной страсти жажды денег;

в-третьих, на частных криптовалютах идет совершенствование технологии блокчейна для создания цифровых денег на макро- и мегауровнях, в результате чего, в итоге, некий мировой криптосуверен сформирует эмитентный механизм обзаведения явными вассалами, механизм сильно напоминающий способ строительства царства антихриста.

На Давосском экономическом форуме 2016 г. была поставлена задача отмены наличных денег. Центробанки мира, объявляя о введении официальных национальных криптовалют на макроуровне, планируют реализовать следующие четыре цели:

Во-первых, осуществить дальнейшее вытеснение наличных денег из обращения вплоть до их отмены.

Во-вторых, посредством технологии блокчейн ввести более жесткий контроль над обращением безналичных денег, которые количественно доминируют над наличными.

В-третьих, создав систему национальной, а не частной цифровой валюты, упразднить частные криптовалюты. Создание и функционирование систем национальных цифровых валют в отдельных странах на макроуровне должно быть скоординированным и конвергируемым.

В-четвертых, речь идет о создании и внедрении мировой и глобальной единой цифровой валюты. Эмиссия глобальной криптовалюты и контроль за функционированием системы единой мировой цифровой валюты будут осуществляться из единого криптоцентра, условно именуемого Мировым и/или Глобальным Центробанком (М/ГЦБ). Нынешние Центробанки отдельных стран мира останутся на правах колониальных филиалов М/ГЦБ.

В действительности, в обозримом будущем может быть создан мировой электронно-банковский, т.н. «цифровой концлагерь». Посредством финтеха, усовершенствованного блокчейна каждый человек планеты может стать контролируемым со стороны недремлющего ока Старшего (Большого) брата — персонажа романа Джорджа Оруэлла «1984». Сегодня это значит — суперкомпьютера и цифровой технологии Big Date. Фильм «Матрица» также показывает горизонты свободы и несвободы.

Человек, отказывающийся от духовной свободы, дарованной Богом для различения добра и зла, неизбежно оказывается в духовном рабстве. Тогда те преимущества, которые «цифровая» экономика имеет перед «аналоговой», будут обнулены. «Цифровую экономику» нужно измерять в координатах божественного домостроительства, где Божие и кесарево соединяются. Не случайно домостроительство имеет религиозные аспекты, называется домостроительством спасения, а также представляет собой гармоническую систему жизнедеятельности человека и человечества. А. Маршалл открыл, что только экономика и религия влияют на ход мирового развития.

 

Рост производительности труда в условиях «аналоговой»

и «цифровой» экономик РФ: иллюзорность и реальность

Президент России В.В. Путин, премьер-министр РФ Д.А. Медведев, министр экономического развития нашей страны М.С. Орешкин считают, что главным показателем для оценки эффективности внедрения и развития в России «цифровой экономики» должен быть рост производительности труда.

Согласно статистике Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в 2015 г. производительность труда в российской экономике, рассчитанная как отношение ВВП к часу отработанного времени, была почти в два раза ниже, чем в странах ОЭСР. В России трудящиеся работают больше. В среднем — около 2 тыс. часов против 1750 часов в странах ОЭСР.

Причинами этого феномена можно назвать следующие:

во-первых, несовершенная конкуренция в экономике и недостаточное количество стимулов к наращиванию производительности труда в «аналоговой экономике»;

во-вторых, из-за технологического и технического отставания в целом ряде отраслей, за исключением отдельных предприятий оборонно-промышленного комплекса, сочетающих «аналоговые» и «цифровые» технологии;

в-третьих, вследствие того, что современная экономика стала знаниеёмкой, находится в условиях четвертой промышленной революции, а руководители компаний, регионов, федеральных органов власти не владеют необходимыми знаниями для работы в условиях цифровой трансформации экономики, современных высоких технологий, включая цифровые технологии (Big date, блокчейн, «искусственный интеллект», OpenSourse Hardware, BIM-технологии, интернет вещей, 3D-печать, квантовые вычисления, и др.);

среди других факторов, тормозящих рост производительности труда в «аналоговой» экономике, — это острый дефицит инвестиций, несовершенство законодательной базы, множество административных барьеров.

В целях решения этих задач разработан, например, совместный российско-японский проект по росту производительности труда. Россия и Япония намерены налаживать двустороннее сотрудничество в сфере «цифровой экономики» в следующих отраслях и проектах:

-здравоохранение (продвижение этой отрасли с использованием цифровой инфраструктуры, включая телемедицину);

-развитие городской среды (использование информационно-коммуникационных технологий –ИКТ- для развития комфортной и удобной для проживания городской среды);

-энергоресурсы (сотрудничество в совместных исследованиях, развитии и использовании технологий умных сетей энергоснабжения, возобновляемых источников энергии, цифровизации нефтегазовых отраслей);

-промышленная диверсификация и повышение производительности (реализация диагностики производительности российских предприятий и подготовки кадров в смежных отраслях с внедрением информационных технологий);

-малые и средние предприятия (обмен информацией и лучшими практиками, направленными на поддержку МСП в цифровой трансформации их коммерческих моделей в соответствующих странах);

Кроме того, планируется сотрудничество в развитии отраслей промышленности и экспортных баз на Дальнем Востоке, а также сотрудничество для достижения универсального широкополосного доступа в интернет на Дальнем Востоке. Россия и Япония намерены продвигать инновации и внедрять обеспечивающие технологии, такие как облачные вычисления, «интернет вещей», «большие данные», открытые данные и аналитика данных, «искусственный интеллект» и другие.

Еще один важный аспект роста производительности труда в условиях цифровой трансформации экономики — роботизация. В 2016 г. производитель электроники Foxconn принял на работу 40 тыс. роботов и уволил 60 тыс. человек. К 2025 г. роботы оставят без работы 7% американцев, к 2026 г. — 40% канадцев, а к 2035 г. они займут половину рабочих мест в Японии [7].

Таким образом, проблема роста производительности труда в условиях цифровой трансформации экономики, сочетающей «аналоговые» и «цифровые» технологии, надвигающейся массовой роботизации сложная, многоаспектная, требует целостного междисциплинарного научного ответа, а не мифотворчества.

 

Выводы

«Цифровая экономика» в контексте домостроительства как гармонической хозяйственной системы, а не капитализма – хрематистики, проанализированная сквозь призму «искусственного интеллекта», блокчейна и криптовалюты, производительности труда в «аналоговой» и «цифровой» экономиках, уже сегодня показывает противоречия, наличие ненаучных концептов, несоответствующих природе человека.

 

Литература

  1. 1. Шваб Клаус. Четвертая промышленная революция. М., 2017. 208 с.
  2. 2. Юдина Т.Н. Конституирующие основы фундаментальной экономической науки: философско-хозяйственный взгляд// Философия хозяйства. 2016. №6. С.75 — 92.
  3. 3. Юдина Т.Н. Осмысление цифровой экономики// Электронный научный журнал «Теоретическая экономика» (theoreticaleconomy.info). 2016. №3. С.12 — 16.
  4. 4. Юдина Т.Н. Цифровизация в контексте сопряженности Евразийского экономического союза и Экономического пояса Шелкового пути//Философия хозяйства. 2016. №4. С.161 — 173.
  5. 5. Юдина Т.Н., Тушканов И.М. Цифровая экономика сквозь призму философии хозяйства и политической экономии//Философия хозяйства. 2017. №1. С. 193 – 201.
  6. 6. http://prointellekt.com/articles/rubrika-dolzhnost-i-nravstvennost?yclid=7146525726635211511-дата обращения 01.12.17.
  7. 7. http://readweb.org/117559-yaponiya-i-rf-podpishut-dokument-o-sotrudnichestve-v-cifrovoj-ekonomike.html-дата обращения — 13.09.2017.

                       

 

Юдина Тамара Николаевна,

доктор экономических наук, доцент кафедры экономики для естественных и гуманитарных факультетов МГУ экономического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, действительный член Академии Философии Хозяйства, член экспертного совета Центра мир-системных исследований (аналитический центр)

 

статья опубликована в журнале «Философия хозяйства». Альманахе Центра общественных наук и экономического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова. Специальный выпуск.2017. Декабрь. С.112-121

 

 

 



Опубликовано: 23 февраля 2018

Рубрика: Интересное в сети

Ваш отзыв